Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник

Книжки О БЛОКАДЕ ЛЕНИНГРАДА

Мы и следующие поколения должны знать, какое ужасное лицо бывает у войны. Ведь позабытая история, как досадно бы это не звучало, имеет особенность повторяться.

Лев Лурье, Леонид Маляров. Ленинградский фронт

Посреди 2000-х годов петербургский «Пятый канал» предпринял попытку опросить еще оставшихся рядовых блокадников и фронтовиков. Были взяты около сотки Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник интервью. В 4-серийный документальный кинофильм «Ленинградский фронт» вошла только малая их толика. В этой книжке создатели попробовали обещать всем.

2. Герман Матвеев. Зеленоватые цепочки

2-ая книжка трилогии «Тарантул».

Отыскать и обезвредить шпионов сотрудникам Комитета госбезопасности помогают обыденные ленинградские мальчишки.

Герман Матвеев. Потаенная схватка

2-ая книжка трилогии «Тарантул».

4. Герман Матвеев. Тарантул
3-я книжка Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник трилогии «Тарантул»

5. Сергей Яров. Блокадная этика. Представления о морали в Ленинграде в 1941–1942 гг.

Но они все стремились донести до нас рассказ о пережитых ими муках, о стойкости, о жалости и человечности, о том, как люди протягивали друг дружке руки в блокадном ужасе…

Владислав Глинка. Мемуары о блокаде

Создатель пережил блокаду Ленинграда с Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник самого начала до самого конца, работая в это тяжелое время хранителем в Эрмитаже, фельдшером в лазарете и сразу отвечая за сохранение коллекций ИРЛИ АН СССР «Пушкинский дом»

Миша Сухачев. Детки Блокады

Герои книжки, – детки блокадного Ленинграда, Витя Стогов и его друзья, – тушили на чердаках зажигательные бомбы, ловили сигнальщиков-диверсантов Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник, помогали людям выстоять

Блокада Ленинграда. Народная книжка памяти

Перед вами судьбы людей, переживших блокаду Ленинграда. Это их история, которую они не сумеют запамятовать никогда.

9. Карина Добротворская. Блокадные девченки

тема ленинградского голода раскрывается совершенно с другой стороны. Оказывается, что пережитый Ленинградом кошмар никуда не делся из ее жизни

10. Леонид Пантелеев. В осажденном городке

Находясь Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник в осажденном Ленинграде, Л. Пантелеев вел ежедневник. После войны он отобрал из собственных записей самое существенное и опубликовал. Эти произведения представляют в особенности большой энтузиазм, как свидетельство свидетеля и участника описываемых событий.

Игорь Вишневецкий. Ленинград

Осколки старенькой российской интеллигенции в момент окончательного перевоплощения их мира в королевство «нового русского человека», время Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник деяния – 1-ые восемь месяцев финно-немецкой блокады Ленинграда Исключительные происшествия обнажают механизм катастрофы, которая видится одним как искупительная жертва, другим – как приговор.

Даниил Гранин. Мой лейтенант

это взор на Величавую Русскую из траншей и окопов, это новое видение событий, не один раз обрисованных историками

Вера Инбер. Практически три года Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник. Ленинградский ежедневник

Она до самой старости так и осталась «смертельно испуганной, будучи донельзя лояльной» и в жизни, и в творчестве. Но ее блокадный ежедневник «Почти три года», пожалуй, самое добросовестное и пронзительное свидетельство того ужасного и геройского времени…

14. Школа жизни. Мемуары малышей блокадного Ленинграда

Проект «Непридуманные рассказы о войне» существует с марта 2005 года Вера Инбер. Почти три года. Ленинградский дневник и развивается силами энтузиастов. Мысль сотворения принадлежит известному столичному священнику протоиерею Глебу Каледе. Все публикации – это рассказы конкретных участников событий


verhne-i-nizhne-ulichnie-rebyata.html
verhnee-stroenie-puti-na-stanciyah.html
verhnekammennougolno-nizhnepermskij-ngk.html